Двенадцать стульев

Глава XXXIX. Вид на малахитовую лужу

Был воскресный вечер. Все было чисто и умыто. Даже Машук, поросший кустами и рощицами, казалось, был тщательно расчесан и струил запах горного вежеталя.

Белые штаны самого разнообразного свойства мелькали по игрушечному перрону: штаны из рогожки, чертовой кожи, коломянки^[465], парусины и нежной фланели. Здесь ходили в сандалиях и рубашечках «апаш»^[466]. Концессионеры в тяжелых грязных сапожищах, тяжелых...